pulp fiction - 2014 - Украина - Крым - юмор

Foto - фото смотри

Книга - Pelevin Betman Apollo - меньшинства и бунт Кисок и Писок

Теперь я видел митинг перед храмом Христа Спасителя — над морем радужных хоругвей
возвышалась сцена, где у микрофона стоял взволнованный молодой человек в белой
вязаной шапочке с зеленым конопляным пятилистником. Людское море перед ним
угрожающе рокотало.
— Права гомосексуалистов, — выкрикивал молодой человек, стараясь переорать толпу, —
связаны с рекреационным сексом — то есть сексом для удовольствия, а не деторождения.
Разумеется, такое право должно быть у всех. Но эти проблемы логично рассматривать в
одном контексте с правом на рекреационное использование субстанций. А с этой точки
зрения совершенно непонятно, почему содомия и лесбийский грех легализованы, а кокаин и
каннабис — еще нет. Да, мы согласны, что каждый гражданин вправе сам распоряжаться
частями своего тела. И это в полном объеме относится не только к гениталиям, но и к
устланным слизистой оболочкой органам двойного назначения. Но такой же подход должен
быть к легким, венам и головному мозгу — применительно к фармакологическим
веществам! Считайте эти препараты набором химических страпонов, господа депутаты,
если так вам легче будет понять! А на сегодняшний день в обществе возникла опасная
асимметрия…
Молодой человек ловко увернулся от пущенного в него розового презерватива с водой и
продолжал:
— Гомосексуалистам разрешено мужеложество per se, но они требуют права называться
семьей — и даже венчаться в церкви. В контексте лигалайза это было бы аналогично
борьбе за право причащаться во время религиозных таинств не кагором, а гашишем и
кетамином. Вот где должен находиться сегодня фронт борьбы! Мы отстаем на целую эпоху.
Нас душит косность и мракобесие в важнейших вопросах, связанных с современным
укладом жизни — а все внимание общества почему-то до сих пор притянуто к этим
жопникам и ковырялкам…

Книга - Pelevin Betman Apollo - политика

Я увидел типичный скайп-сеттинг: два скрещенных мачете на стене и человека в маске Гая
Фокса (в первый момент я принял его за халдея, но потом сообразил, что маска сделана из
белого пластика). Человек, похоже, не знал, что трансляция началась — он косился на свое
отражение в зеркале.
Поняв наконец, что он уже на экране, Гай Фокс вздрогнул — и тотчас заговорил в очень
быстром темпе, словно пытаясь втиснуть как можно больше информации в вырванные у
цензуры секунды:
— В условиях захвата нефтегазовой ренты группой пожилых альфа-самцов единственная
доступная технология размножения, оставленная молодому поколению — отделить себя от
социума непроницаемой культурной тайной, чтобы увлечь в ее мглу невостребованных
бета-самок. Революционная работа здесь вне конкуренции. Поэтому современный
революционер сражается не за народное счастье, а за плацдарм в информационном поле,
который нужен ему для того, чтобы начать оттуда борьбу за распространение своего генома
— а затем уже и за народное счастье… Когда же время подвига наконец приходит, в
информационном потоке такого революционера уже нет. Он исчез, потому что все его силы
заняты борьбой за успех личного биологического проекта…
Пока он говорил, я успел заметить странные слова «DER NEUNUCH» и «НЕОСКОП» над
скрещенными мачете и свисающий со стены свиток с крупной цитатой: «Блажен, кто сам
оскопил себя для царствия Небѣснаго».